17.01.19
Особая роль котиков в мировом искусстве
Кот Пэдми британского искусствоведа, арт-эксперта BBC Бендона Гросвенора испортил портрет работы Джона Майкла Райта, в 2015 году купленный за £5 250. Forbes Life проследил, какой еще вклад внесли коты в искусство...
16.01.19
Родился художник солнца Аристарх Лентулов
16 января 1882 года родился Аристарх Лентулов, один из основателей «Бубнового валета». «В русском искусстве XX века вряд ли можно встретить другой такой же жизнерадостный талант, такой буйный темперамент, такое покоряющее жизнелюбие, какими обладал Аристарх Лентулов», - писал Виталий Манин. - Живопись Лентулова - это праздник»...
15.01.19
Украли картину Микеланджело
Ценная картина, приписываемая Микеланджело или Венусти, одному из его учеников, была украдена из церкви Святого Людгера в Зеле, Бельгия. Об сообщает Интерпол...


  • «Бабочки» в «Русском Портрете»!
    Совсем скоро в «Русском Портрете» запорхают бабочки! Приглашаем на презентацию новой коллекции замечательной русско-французской художницы Риты Ореховой «Бабочки (Les Papillons)»...
    24.10.18
  • «Лирика» в «Русском Портрете»
    Галерея «Русский Портрет» приглашает посетить персональную выставку замечательной петербургской художницы Веры Казаку «Лирика». На выставке представлено более 30 работ, выполненных в различных техниках: масло, акварель, пастель и др... С 11:00 до 19:30, кроме ПН. Телефон для справок: +7(812)272-59-31...
    30.05.18
  • Онлайн-выставка Евгения Марышева «Монады» на сайте «Русского Портрета»
    Скульптор, живописец и график в одном лице — это Евгений Фёдорович Марышев. Он известен и в России и за рубежом, а его творчество — уникальное явление в культурной жизни Санкт-Петербурга. На нашей выставке мы представляем лишь незначительную часть его многогранного наследия - малую серию «Монады», созданную в период с 1994 по1996 год...
    30.03.18

Музейные тренды: куда Instagram заведёт искусство

17.08.18

современное искусство музеи instagram

Создатель галереи Fragment Сергей Гущин о радикальных изменениях музейных и кураторских стратегий в эпоху, когда селфи на фоне произведения искусства становятся главными смыслом и содержанием любой выставки...



Фото: mayaksbor.ru

Начнем с прописной истины — с момента появления инстаграма наша жизнь перестала быть прежней. Под новые реалии приходится перестраиваться всем: брендам, которые теперь сотрудничают с лидерами мнений, политикам, для которых соцсети стали новым средством коммуникации с электоратом и, конечно, художникам и музеям. Особенно последним — они теперь ведут ожесточенную борьбу за посетителей. И чем больше людей пройдет через выставку, тем лучше можно показать свою эффективность — государству, инвестору или той же публике. Это принесет музею желаемые государственные и частные инвестиции: никто не захочет вкладывать в богом забытую площадку.

Сводки цифр

Так что же из себя представляет музей в эпоху инстаграма и к чему может привести погоня за селфи на фоне инсталляции? Приведу немного статистики. На фоне скульптуры Джеффа Кунса в виде синей собаки из надувного шара, установленной в музее The Broad в Лос-Анджелесе, который открылся в 2015 году, отметилось почти 300 тысяч человек, столько же у музея и отметок по хештегам с его названием. При этом у нашей любимой Третьяковки таких отметок — 110 тысяч, хотя в международном рейтинге 2016 года ее посещаемость превосходит The Broad в три раза. Ну и кто тут победитель? И, главное, благодаря чему? По-моему, все более чем очевидно.


Другой пример, и снова из Лос-Анджелеса. Каждый классный инстаграм-блогер знает: оказался в Городе ангелов— срочно беги в LACMA. У этого музея есть две важные инсталляции: «Urban Light» Криса Бердена 2008 года, состоящая из 202 уличных светильников, и Майкла Хайцера 2012 года в виде «парящего» 340-тонного камня. Именно они поставили институцию на четвертое место среди музеев мира по упоминанию геотега в инстаграме, несмотря на то что посетителей в ней на 53% меньше, чем в третьем по посещаемости в Америке музее — MоMA.

Все уловки с необычными, но очень фотогеничными конструкциями, будь то инсталляция, паблик-арт, ленд-арт или просто огромная цветная картина с дурацкой надписью, привлекают посетителей и пользователей инстаграма. Работает приложение и для частных галерей. Посмотреть на «зеркальную комнату» Кусамы в нью-йоркской галерее Дэвида Цвирнера стояла очередь по шесть часов — виной тому как раз инстаграм. В итоге за время работы через нее прошло более 80 000 человек — огромная цифра даже для мегагалереи, не то что для музея.

 Тем временем в России

Привлекают ли российские музеи публику через соцсети? Им кажется, что да. В отчете на бумаге и с цифрами в инстаграм-аккаунтах, которые никак не побьют даже не самых популярных модных food-, fashion- или travel-блогеров. Сегодня становится понятно, что невозможно игнорировать соцсети, оперирующие прежде всего людскими эмоциями, — именно за ними большинство приходит в музей в наше время, и именно поэтому в эпоху большого информационного шума музеям невозможно выживать без выставок-блокбастеров.

В настоящем времени посещаемость постоянных экспозиций музеев неуклонно падает и одновременно временных выставок того же Серова, Фабра, Мураками — неуклонно растет. Повторюсь, люди приходят в музей за эмоциями, а не за энциклопедическими знаниями (за ними логично идти в университеты или на курсы). Как с этой правдой жизни работают кураторы? Как за улыбающимися цветочками Мураками показать всю трагедию и боль японского народа? Или они останутся только приятной картинкой для селфи?

На мой взгляд, здесь работает закон больших чисел и то, что рано или поздно количество посетивших даст небольшое количество «качественной публики», увлеченной не только своей очередной сияющей физиономией на фоне изображений взрывов атомной бомбы, хоть и покрытых золотыми листами и флуоресцентной краской. Хотя, конечно, и в селфи на фоне искусства, несмотря на протесты бабушек-смотрительниц и искусствоведов, живущих в башне из слоновой кости, ничего плохого нет. Зайдите к последним в аккаунты — и увидите бесчисленное множество подобных портретов, которые призваны показать «уровень» того или иного деятеля. Я не против этого, смущает, как обычно, апломб. И то, что у них максимум пара тысяч подписчиков.

Как быть кураторам?

Что же до кураторской работы с музейным пространством в эпоху инстаграма, то есть и абсолютно китчевые примеры. Вот недавно открыли Музей селфи, по данным его создателей, в социальные сети ежедневно загружается около 2,4 миллиона автопортретов, и многие приходят в музеи не только чтобы посмотреть на произведения искусства, но и сфотографироваться с ними и на их фоне. «Люди больше не хотят быть молчаливыми потребителями, они хотят стать частью искусства», — отмечают они. Пример розового безумия — Музей мороженого в Майями, открытый год назад во время проведения Art Basel Miami Beach. Они сделали свой выбор и работают исключительно с новой публикой. Но можно находить тот баланс, который так необходим людям, нисколько не опускаясь до форматов, описанных выше.

Американцы, с упорством доказывающие, что даже в XXI цифровом веке живопись жива и может еще существовать без аппаратов искусственного дыхания, решают вопрос проще: ни один из музейных кураторов не упустит возможностей, который принес миру искусства инстаграм. В одном зале сделает экспозицию, где можно сделать фото, в другом — создаст момент, когда уместно серьезное высказывание. При этом никто не отрицает тот факт, что и экспозиция для фото будет являться не менее серьезным высказыванием. Здесь важна кураторская логика, которая определит поведение зрителя. Куратор всегда не только должен быть историком, искусствоведом, журналистом, пиарщиком и архитектором, но и всегда — психологом.

В чем проблема русских музеев

Одна из важных проблем русских музеев состоит в том, что времена изменились уже очень давно, а сами музеи меняться или не готовы, или просто не успевают за темпом жизни. Все думают про какие-то абстрактные соцсети, хотят, чтобы к ним приходили люди, но сами ничего по факту для этого не делают. Плохие фотографии, подписи, не предполагающие диалога с их основной аудиторией, отсутствие активаций, невероятная косность или неуместные шутки — это все, чем увлечены наши музеи в инстаграме. К этому можно добавить проблемы с освещением в залах, цветом стен, архитектурой самой экспозиции, вечно ворчащими смотрителями — все перечисленное не дает возможности росту посетителей, в музеи не хочется возвращаться. При попытке сделать фото тебя обязательно спросят разрешение на съемку. Какой тут инстаграм, хештеги и геотеги, когда единственное достижение посетителя — снятый украдкой край картины.

Другие проблемы выставок в музеях связаны с тем, что помещения зачастую не приспособлены к восприятию выставленного искусства, все настолько перегружено и нагромождено, что хочется быстрее уйти. Это, кстати, проблема и последних Московских биеннале, когда коридорная система и маленькие комнаты просто не дают возможности развернуться. Архитекторы выставок будто забывают, что экспозицию могут посетить больше 10 человек. Как в этом пространстве наслаждаться искусством, читать экспликации, смотреть видео, в конце концов, делать фото для инстаграма?

Есть и другая крайность. Многие музеи и галереи в погоне за молодой аудиторией, помешанной на инстаграме, делают выставки, которые приводят к ним посетителей, но в итоге становятся заложниками собственных желаний — все теперь выглядит ярче, больше, красивее. Я искренне считаю, что в 2018 году куратор может использовать неоновые работы в экспозиции, если делает ретроспективную выставку творчества Дэна Флавина, Трейси Эмин, Брюса Наумана или Серита Вина Эванса. Для всех остальных — это просто как расписаться в своей беспомощности. Особенно если работа оперирует надписями, хоть они и, очевидно, принесут большое количество постов в соцсетях. Тут важен контекст: работаешь с наследием — бери эти работы, показываешь срез нового — забудь про неон навечно.

Кто виноват и что делать


На современные культурные институции нельзя смотреть в отрыве от людей, которые в них работают. Директор музея и основные кураторы просто обязаны иметь свои публичные соцсети и нести «искусство в массы», но никто не хочет этим заниматься, все просто исключают себя из полноценной коммуникации. Времена изменились, и любой человек, который работает в музее и у которого есть инстаграм, больше не принадлежит себе: он несет ответственность за людей, которые приходят в музей.

Странно, что никто из директоров наших музеев не считает нужным заниматься популяризаторской деятельностью — говорить об искусстве просто, но вдохновляюще. Никто не развивает соцсети в информационном плане, кураторы считают, что люди должны понимать слова «трансцендентный», «ольфакторный», или «антропоцен» — но это все миф, люди не будут понимать и произносить эти слова и видеть за ними какой-то смысл, они будут по-прежнему считать современное искусство далеким и непонятным. Всем нам, как я уже говорил, нужна эмоция. Для тех, кому нужна глубина, есть нишевые кружки по интересам, в том числе и каналы в Telegram с парой сотен подписчиков или посиделки на кухне (их никто не отменял).

Можно по-прежнему сидеть в своей башне из слоновой кости и делать выставки на 100 человек, а можно взять всех тех, кто хочет увидеть что-то новое, но пока боится или не понимает, но очень хочет понять — после пары хороших выставок, на которых куратор не смотрит на тебя сверху вниз, посетители в итоге сами возьмут книгу, пойдут на курсы изучать искусство. Тут речь, очевидно, о разумном популяризаторстве: те, кураторы, которые делают ставку только на инстаграм, — глупы, те, кто считает себя умнее всех, — глупы еще больше.

Как достичь этого баланса в культурной институции, чтобы и людей было много, и выставки не напоминали розовую жвачку? Не бояться экспериментировать. Вот, к примеру, Даша Жукова, основатель Музея современного искусства «Гараж», как-то отметила, что «Мураками гений еще и потому, что любое его произведение искусства просто создано для инстаграма», а Тереза Мавика, директор Фонда V-A-C c отделениями в Венеции и скоро в Москве, считает, что в новой институции, на ГЭС-2, «не будут делать выставки исходя из того, насколько выигрышно они будут смотреться на экране телефона». Осталось теперь дождаться 2019 года, чтобы понять, насколько новая институция сможет существовать без выставок-блокбастеров и перебороть зависимость публики от соцсетей.

Источник: buro247.ru










Rambler's Top100

Copyrights © 2001-2019.«РУССКИЙ ПОРТРЕТ»  Все права защищены.