24.04.18
Самые дорогие картины, купленные российскими олигархами на аукционах за последние 10 лет
Миллиардеры из списка Forbes могут потягаться с лучшими музеями мира коллекциями шедевров живописи. Forbes Life рассказывает о самых дорогих приобретениях бизнесменов на мировых аукционах...
22.04.18
Главные тренды российского собирательства
Основные тренды российского арт-рынка находят отражение в коллекциях участников списка Forbes. Рассматривая российские коллекции, выставляемые в частных музеях и на выставках, искусствовед Михаил Каменский по просьбе Forbes Life оценил эстетические предпочтения их владельцев...
21.04.18
Очередные подделки Малевича и Поповой обнаружены в Ростовском музее-заповеднике
Скандал грянул в Ростовском музее-заповеднике. Известные картины русского авангарда из музейного собрания оказались подделками. Выяснилось, что подлинники шедевров уже давно за границей. По оценке некоторых специалистов, стоимость полотен - сотни тысяч евро...


  • Онлайн-выставка Евгения Марышева «Монады» на сайте «Русского Портрета»
    Скульптор, живописец и график в одном лице — это Евгений Фёдорович Марышев. Он известен и в России и за рубежом, а его творчество — уникальное явление в культурной жизни Санкт-Петербурга. На нашей выставке мы представляем лишь незначительную часть его многогранного наследия - малую серию «Монады», созданную в период с 1994 по1996 год...
    30.03.18
  • Открылась персональная выставка Александра Уткина
    Сегодня, 13 февраля 2018 года, в художественной галерее «Русский Портрет» открылась персональная выставка замечательного петербургского художника Александра Уткина. Приглашаем всех желающих. Со ВТ по ВС с 11:00 до20:00. Вход свободный. Справки по тел.: +7 (812) 272-59-31...
    13.02.18
  • Олег Лебедев. «Картины разных лет, 1965 - 2015», онлайн-выставка
    Приглашаем на online-ретроспективу замечательного санкт-петербургского живописца Олега Владимировича Лебедева (1950 - 2016). В экспозиции, позволяющей проследить за творческим становлением художника, собрано около семидесяти работ, относящихся к разным периодам жизни мастера...
    25.01.18

Выставка Роберта Фалька, инопланетянина «сезанновской национальности»

03.04.18

роберт фальк 1886-1958

В самой активной в последние годы петербургской частной галерее KGallery открыта выставка Роберта Фалька. Абсолютная величина в истории русского искусства XX века, Фальк в Северной столице редкий гость. И это не столько биографический зигзаг, сколько стилистический. Рассказывает Кира Долинина...






При нормальном развитии модернистского направления в истории русского искусства первой половины XX века Роберт Фальк должен был занять видное, но достаточно скромное место.

Он был честным и увлеченным учеником Юона, Машкова, а потом Серова и Коровина; в 1910-х стал одним из самых молодых бубнововалетцев; преподавал во ВХУТЕМАС-ВХУТЕИНе, вполне счастливо пережил 1920-е, удостоившись даже персональной выставки в Третьяковке; зарабатывал художником в Государственном еврейском театре; ездил как участник выставок за границу.


Яркий, живописно безапелляционный, последовательнейший сезаннист, он говорил на одном языке с европейцами в своей стране и со всей Европой заодно. Любивший припечатать навеки критик Абрам Эфрос выделил Фальку собственное место под солнцем, назвав его "человеком сезанновской национальности", к которой вроде бы принадлежали многие москвичи, "Фальк же, один из самых даровитых живописцев бубнововалетской формации, оказался "раком-отшельником" — он почти выпал из бубнововалетской формации".

Художественное отшельничество тут куда важнее, чем биографическое. Фальк исчез с советского горизонта в 1928-м, без разрешения оставшись в Париже, куда выехал ради "изучения классического наследства". Парижская самоволка продлилась до 1937-го, убежавший из все более опасной для еврея Европы Фальк оказался в инопланетной для себя Москве.

Дома не было (в его мастерской жила бывшая жена), работы не было, выручали старые и новые друзья, организовавшие ему поездку в Среднюю Азию, а потом и мастерскую, и заказы для Государственного еврейского театра.

Но хуже всего было с общим языком живописи: пока Фальк десять лет впитывал в себя свет, цвет и ритмы Парижа, его друзья отсекали от себя французскую заразу по кусочкам. То, во что вылилось бывшее бубнововалетство у советских мэтров вроде Кончаловского, ему оказалось совершенно чуждым.

Война была у всех общей: Фальк провел ее в Самарканде, в 1943-м на фронте погиб его сын, в Москву художник вернулся в 1944-м. А вот мир сделал Фалька одиночкой, проклятым "формалистом"; человеком "с незримой стороны Луны", по определению другого московского парижанина Ильи Эренбурга.

Эренбург свидетельствует: "Один из руководителей Союза художников заявил: "Фальк не понимает слов, мы его будем бить рублем"... Его перестали выставлять. Денег не было. Он считался заживо похороненным. И продолжал работать".

Его вещи покупали друзья и друзья друзей — прежде всего из жалости, вещи стоили копейки. Но открытость его мастерской сослужила самому Фальку и нам всем добрую службу: он стал мифологической фигурой русского неофициального искусства.

Фальк умер в 1958-м, его первая послевоенная малюсенькая персональная выставка открылась в МОСХе уже тогда, когда он лежал в больнице. Власти о нем вспомнили только в 1962-м, когда на выставке к 30-летию МОСХа Хрущев танком обрушился на фальковскую "Обнаженную" 1916 года:

«Вот я хотел бы спросить, женаты они или не женаты; а если женаты, то хотел бы спросить, с женой они живут или нет? Это извращение, это ненормально. Во всяком случае, я, председатель совета министров, ни копейки не дал бы, а кто будет брать деньги на этот хлам, того будем наказывать, а печать не поддержит... И если эти с позволения сказать "художники", которые не хотят трудиться для народа и вместе с народом, выразят желание поехать за границу к своим идейным собратьям, то пусть они попросят разрешения на выезд, в тот же день получат паспорта и пусть там развернут, дать им свободу в "свободных" государствах, и пусть они там хоть на головах ходят. Но у нас покамест такое "творчество" считается неприличным, у нас милиционер задержит».

Однако разгром Хрущевым стал рекламой: работы Фалька были выставлены в основной экспозиции, поэтому те, кто еще выставку не видел, после передовиц в советских газетах побежали в Манеж. Вдова Фалька вспоминала, как служительница выставки говорила ей: ""Идите быстро, посмотрите Фалькова. Тут чуть на кулачищах не бьются около него. Вот эта жирная-толстая. Она ему навредила, он ее так за это и осрамил в картине. А вот это его жена — это про мой портрет в розовой шали,— ее звали ангелом, потому что добрая была очень. Она за ним в Сибирь поехала".— "А что, разве Фальк в Сибири был?" — спрашиваю. "Ну как же. Культом личности засланный".— "Разве?" — "Ну, это точно знаю,— убеждала меня служительница.— Она за ним поехала и вызволила, привезла в Москву. Но уж очень бедно жили, одну картошку ели". И чтобы у меня уж окончательно сомнений не осталось, подводит меня к натюрморту с картошкой..."

Фальк был инопланетянином в послевоенной Москве, его глаза стали глазами целого поколения не видевших Сезанна и Матисса живьем художников. Странно, но и сегодня небольшая выставка на набережной Фонтанки производит впечатление глотка иноземного воздуха.

Таких красок, такого легкого дыхания, таких печально отстраненных от всего земного портретов в исполнении соотечественников на серых берегах Невы не видели давно. Такое только в Эрмитаже у французов и иногда — у счастливо офранцуженных москвичей 1910-1920-х годов. Фальк весь оттуда, что в 1907-м, что в 1954-м, может быть, не самый яркий, не бесконечно гениальный, но абсолютно свободный.
Истолчник: «Ъ»










Rambler's Top100

Copyrights © 2001-2018.«РУССКИЙ ПОРТРЕТ»  Все права защищены.