18.06.18
Бородавки помогли атрибутировать портрет знаменитого пирата Дрейка
Идентифицирован портрет сэра Фрэнсиса Дрейка — знаменитого английского пирата и национального героя. Особую ценность портрету придает бородавка на носу Дрейка. Она встречается только на прижизненных его портретах и отсутствует на более поздних. По поводу же этого портрета исследователи полагают, что он может быть самым ранним изображением мореплавателя...
17.06.18
Израильский образовательный центр подверг цензуре Леонардо да Винчи
Образовательный центр в израильском городе Раанане решил повергнуть цензуре знаменитую работу Леонардо да Винчи «Витрувианский человек», прикрыв гениталии изображенного там мужчины «фиговым листом» из ткани...
17.06.18
История Русского Портрета
Написать портрет на заказ по фото или с натуры в наши дни несложно, достаточно обратиться в художественный салон «Русский Портрет», где Вам будет предложен большой выбор художников-портретистов, причем, каждый из живописцев прекрасно справится с поставленной задачей. А как обстояли дела раньше?


  • «Лирика» в «Русском Портрете»
    Галерея «Русский Портрет» приглашает посетить персональную выставку замечательной петербургской художницы Веры Казаку «Лирика». На выставке представлено более 30 работ, выполненных в различных техниках: масло, акварель, пастель и др... С 11:00 до 19:30, кроме ПН. Телефон для справок: +7(812)272-59-31...
    30.05.18
  • Онлайн-выставка Евгения Марышева «Монады» на сайте «Русского Портрета»
    Скульптор, живописец и график в одном лице — это Евгений Фёдорович Марышев. Он известен и в России и за рубежом, а его творчество — уникальное явление в культурной жизни Санкт-Петербурга. На нашей выставке мы представляем лишь незначительную часть его многогранного наследия - малую серию «Монады», созданную в период с 1994 по1996 год...
    30.03.18
  • Открылась персональная выставка Александра Уткина
    Сегодня, 13 февраля 2018 года, в художественной галерее «Русский Портрет» открылась персональная выставка замечательного петербургского художника Александра Уткина. Приглашаем всех желающих. Со ВТ по ВС с 11:00 до20:00. Вход свободный. Справки по тел.: +7 (812) 272-59-31...
    13.02.18

Подделки и поддельщики

08.06.14
Экспертиза

Эксперт-искусствовед Андрей Никольский на страницах издания «Афиша» знакомит читателя с московским антикварном рынком, делится  некоторыми тонкостями ремесла и рассказывает о распространённых суевериях коллекционеров...





Иван Шишкин. «Дубовая роща». Холст, масло,1887.

«Мои знакомые искусствоведы, знакомые с частными коллекциями, говорят, что в Москве есть все — от скифского золота до художников Ренессанса. Конечно, никто это не афиширует. Есть отдельные суперизвестные собрания вроде коллекции Петра Авена — совладельца «Альфа Груп». Он выставлял ее в Пушкинском; там Кустодиев, Кончаловский, Петров-Водкин, которые стоят по 2 миллиона долларов и больше.

Но в основном у нас популярны художники типа Поленова, Саврасова и Шишкина. Причина довольно проста — это все имена из учебника «Родная речь». В начале 90-х люди с большими деньгами, но без хорошего образования и вкуса, скупали живопись, просто чтобы войти в определенные круги.

А кроме художников из «Родной речи», они никого и не знали. Когда Поленовых и Шишкиных стали скупать пачками, цены на них взлетели моментально — в итоге эти художники переоценены в десятки раз. Еще в начале нулевых Шишкина можно было купить за 10 000 долларов, а последние годы цены стремятся к миллиону или даже больше, если картина большого размера.

Откуда берутся подделки

В СССР антикварного рынка как такового не было — статья за спекуляцию запрещала продавать. Еще в довоенные годы был основан Центр Грабаря, но он делал заключения исключительно для музеев. Такого понятия, как коммерческая экспертиза, не существовало.

Конечно, был черный рынок, но никто не мог по-настоящему проверить подлинность товаров. После перестройки появился легальный рынок антиквариата, и цены на живопись резко пошли вверх.

Вместе с легализацией рынка массово стали появляться и подделки. Бывает, что какая-нибудь семья вот уже 50 лет считает, что у них висит, допустим, Шишкин, они его берегут, ждут, когда подорожает, потом приносят к нам — и оказывается, что это подделка. Поскольку все русские художники XVIII—XIX веков учились у европейцев, то стиль письма у них был один.

Тот же Шишкин учился у живописцев пейзажной Дюссельдорфской школы. Зачастую его вещи без подписи практически невозможно отличить от полотен немецких художников — а немецких художников уровня Шишкина в Германии десятки. Это у нас он такой один.

В 90-е годы на европейских аукционах покупали картины третьесортных западных художников за 5000 долларов, смывали настоящую подпись, ставили подпись Шишкина. Наши эксперты, еще не знакомые с этой технологией, подтверждали подлинность. Кроме того, советские искусствоведы на тот момент плохо знали западное искусство и не понимали, насколько циничен антикварный рынок.

После серии громких скандалов нулевых все стало несколько цивилизованнее — сомнительных крупных сделок уже не совершалось, уровень ошибок тоже снизился — все стали аккуратнее. Но, опять же, в отличие от США, у нас нет материальной ответственности эксперта.

В Штатах четко прописано: если ты подтверждаешь подлинность вещи, а потом другой эксперт выносит противоположное заключение, обычно дело доходит до суда. Если эксперту не удастся доказать свою правоту, то он в полном объеме несет материальную ответственность.

У нас же нет никакой правовой базы и лицензирования. Что, конечно, не исключает других рисков — от просто рассерженных покупателей до проломленных голов.

Бывают случаи, когда продают подделку с подлинной экспертизой: делают экспертизу на настоящую вещь, саму вещь оставляют себе, а копию продают с этими бумагами. Есть еще один условный способ легализации подделок — включение их в каталоги.

Делают выставки и выпускают каталог. Покупатели потом думают, что раз картина в каталоге, то, значит, настоящая — мало кто понимает, что любой может взять и составить каталог и никаких гарантий он не дает.

Количество фейка от общего количества экспертиз, которые я делаю, — примерно 50—60%. В Петербурге есть несколько мастерских по изготовлению подделок — там работают настоящие профессионалы, прекрасные художники, которые не могут реализоваться самостоятельно. Они работают так хорошо, что эксперты не могут отличить.

Некоторых художников подделывают особенно часто. Так случилось с Константином Горбатовым — подделок на него настолько много и они такие виртуозные, что специалисты отказываются брать его картины на экспертизу.

Многие также напуганы делом искусствоведа Елены Баснер (эксперта, работавшую в Русском музее, обвиняют в мошенничестве в связи с продажей известному петербургскому коллекционеру Андрею Васильеву поддельной картины авангардиста Бориса Григорьева «В ресторане» за 250 000 долларов).

История с Баснер была самым крупным потрясением после дела антикваров Преображенских. Я до сих пор не могу понять, виновата она или нет, — очень темное дело. Для себя я решил, что лучше максимально дистанцироваться от сделок — либо ты делаешь экспертизу, либо продаешь.

Где эксперты получают образование и сколько они зарабатывают


Я сам закончил факультет искусствоведения Свято-Тихоновского университета. Сначала работал в Научно-исследовательской независимой экспертизе имени Третьякова —  компании, которая образовалась после того, как государственным музеям запретили заниматься экспертизой для частных лиц.

Такое решение было принято после серии скандалов, связанных с подтверждением подделок. В частности, после дела антикваров Преображенских 2008 года: большинство их картин имели экспертизу Третьяковской галереи. После этого запрета рынок был под угрозой обвала — ни одна сделка не имела бы смысла без заключения.

В итоге возникла компания, в которой работали те же самые эксперты-искусствоведы, только уже на частной основе.

Хороший московский специалист за одну экспертизу получает в среднем 500 долларов. За сложное дело можно и тысячу долларов запросить. С подписанными картинами, на которых видна рука художника, работа минимальная.

Если же картина без подписи или стиль не характерен для художника, то приходится прикладывать больше усилий — ехать в архив или библиотеку, выяснять, был ли художник в это время в какой-то поездке — например, если художник из Москвы, а пейзаж среднеазиатский.

Зачастую покупают даже не картину, а просто заключения экспертов. Тем, кто рассматривает живопись как инвестиции, неважно качество картины — им важен бренд и наличие сертификата подлинности.

Антиквары иногда шутят, что торгуют не картинами, а заключениями. Фамилия эксперта крайне важна: тех же Шишкиных и Айвазовских покупают только с заключениями определенных специалистов.

Москвичи не покупают кладбища, осень, закаты и деревню

Картины, где нарисованы кладбища, практически невозможно продать. В русской живописи есть такой популярный сюжет — старая церквушка, погост и кладбищенские кресты. Такое никто не покупает — все суеверные. Картины с бедняками и стариками тоже не очень любят.

Была одна история — покупателю понравилась картина, но там были нарисованы ступеньки, идущие вниз. Ему все в ней нравилось, кроме ступенек, — боялся, что дела в гору идти не будут.

Однажды мне пришлось переделать название экспертного заключения. Покупатель был уже готов купить картину, но название «Кавказские горы» ему не понравилось: «Называйте как угодно, но чтоб никаких кавказцев не было — я их не люблю». Ну мы и написали в заключении: «Горный пейзаж».

Еще с картинами художника Клевера было много проблем из-за названий. Клевер писал много картин с закатами, но закаты совсем плохо продавались — в итоге очень много распродали под названием «Восход».

Так же позднюю осень у Айвазовского продавали как раннюю весну. Ну и долгие годы была проблема с сельскими пейзажами. Многие покупатели имеют деревенское прошлое, о котором не любят вспоминать, — поэтому всякие деревенские пейзажи вечно переименовывают. Принесли как-то на экспертизу картину с тремя коровами на лугу, мы ее и назвали «Вечереет».

У антикваров и арт-дилеров тоже есть свои приметы. Например, картины нельзя ставить на мягкое, потому что засидится и не продастся. А вот если картина упадет и ударится об пол или обо что-то твердое, значит, точно купят.

Как все пытаются друг друга обмануть


Дилеры находят картины — у родственников, бабушек или еще у кого, — покупают их и потом перепродают. Они не могут совершать сделки без заключения, поэтому приходят к нам. Чаще всего рассказывают всякие небылицы. Раньше самая распространенная была — «На стене висела, только вчера сняли».

Сейчас уже реже так говорят, потому что никто не верит. Однажды при мне подозрительного вида люди в спортивных костюмах принесли на экспертизу две картины. Одну из них, написанную в авангардном стиле, я узнал: недели две до этого к нам ее уже привозили другие люди.

Мы тогда сделали химический анализ, который показал, что это вторая половина XX века — то есть никакой не авангард, а обычная подделка. Так вот один из этих типов рассказывал, что картина висела на стене у его тетушки, и уверял, что ее впервые вывозят из дома.

В антикварном мире все друг друга знают. Когда становится известно, что господин N ищет картину с батальной сценой, некоторые дилеры пытаются продать картину, которой у них даже нет в наличии.

Дилер знает о происхождении картины от третьего человека. Если покупатель соглашается, то он звонит одному, тот звонит другому — каждый получает свой процент. Иногда цена приходит к конечному покупателю завышенная в столько раз, что тот просто отказывается.

Случаются анекдотичные истории, когда звонят владельцу картины, который ее продает, и предлагают ему его же вещь дороже где-то на 50 000 долларов — она прошла всю цепочку, и самый последний дилер толком не знает, откуда ноги растут.

Последний покупатель — это человек, которого каждый антиквар и дилер бережет и никому не показывает, потому что, если ты засветишь его, в следующий раз люди пойдут к нему напрямую, и ты уже будешь не нужен.

Последние крупные покупатели, о которых я слышал, — это топ-менеджеры «Лукойла» и «Роснефти». Чтобы не светиться, покупатели часто посылают на аукционы своих проверенных людей. Часто при олигархах работают личные консультанты-искусствоведы, которые либо сами формируют ему коллекцию, либо отбирают на западных аукционах то, что ему нужно.

Кто подорожает в будущем

Еще можно относительно недорого купить советских художников. Сейчас на первый план выходят мастера второй половины XX века — соцреалисты. Среди них есть очень профессионалы с пока неизвестными именами — это хорошая инвестиция, так как их скоро раскупят, и они начнут быстро расти в цене. Где-то я читал, что сейчас китайские олигархи за очень приличные деньги скупают наш соцарт.

Полотна московского Союза русских художников — Василия Переплетчикова, Мануила Аладжалова, Аполлинария Васнецова, младшего брата Виктора Васнецова, — тоже хорошее вложение. Аполлинарий Васнецов делал очень красивые вещи, и стоит он пока не очень больших денег.

Сейчас популярность набирают русские художники-эмигранты, про которых в начале нулевых у нас вообще мало кто знал. Многие московские салоны стали закупать их картины за рубежом. В основном это художники, которые родились и выучились в России, а потом, после революции 1917 года, эмигрировали во Францию и Америку.

Из хорошо известных и дорогих художников популярен Коровин. Из менее раскрученных — Тархов, Ланской и Артемов, которые стали знамениты уже в эмиграции. Их пока не подделывают — их дешевле купить за копеечные 3000—5000 евро на парижском аукционе, а потом продавать за 20 000, потому что это русский художник.

А вот авангард стоит бешеных денег, и его очень тяжело продать — слишком много было подделок. Конечно, сейчас уже больше методов проверить подлинность, но покупатель все равно напуган скандалами».














Rambler's Top100

Copyrights © 2001-2018.«РУССКИЙ ПОРТРЕТ»  Все права защищены.